Заболевшая коронавирусом Татьяна Крюченко умерла в инфекционном госпитале Камышина

«Ее смерть на вашей совести»: под Волгоградом в ковидном госпитале пропустили перитонит у истекающей кровью женщины

Страшную историю о гибели заболевшей коронавирусом Татьяны Крюченко из города Котово в инфекционном госпитале Камышина Волгоградской области рассказали ее близкие. По словам внучки пожилой женщины, врачи практически сразу начали требовать купить дорогие лекарства, а на бабушку не обращали внимания. В итоге она скончалась и не от COVID-19, а от перитонита. В Комитете здравоохранения администрации Волгоградской области, в свою очередь, настаивают, что все лекарства в госпитале есть и вводились, а перитонит был не замечен из-за коронавируса.

Либо укол, либо смерть

Об истории с бабушкой корреспондентам V1.RU рассказала внучка погибшей Татьяны Крюченко Мария. Девушка уверяет, что почти сразу же после госпитализации медики начали требовать от родственников найти и привезти дорогие лекарства.

— У бабушки возраст, здоровье слабое, а тут она начала кашлять, поражение легких было 35%, тест пришел положительный, — рассказала внучка погибшей Мария. — Мы с севера, родители у меня живут там, врач, узнав об этом, стала требовать купить дорогое лекарство. Она прямым текстом мне говорила о том, что, если мы не купим, бабушку ждет смерть… Нам нужно было найти два препарата «Олокизумаб» и «Ливилимаб». Либо укол, либо смерть, так мне сказала лечащий врач бабушки.

Второй препарат, который, по словам родственников, требовали купить и привезти медики, известен как «Илсира». Мария сразу же отправилась искать лекарство в аптеках города Котово, но везде был ответ, что таких лекарств нет.

— Мы не сталкивались с этим, ни с ковидом, ни с такими лекарствами, — говорит Мария. — Врач сразу заметила, что препараты дорогие. Я начала обзванивать медиков знакомых, потому что не понимала, где мне это лекарство найти. Мне сказали, что препараты сложные, есть определенный риск, который нужно правильно оценивать. Препарат может не подействовать, но сделать хуже. Мне не давали времени подумать. Лекарство было нужно срочно! Я снова побежала по аптекам, но нигде его не было. Мне говорили: «Вы с ума сошли? Это госзакупка. То есть завод сделал, завод отправил в соответствии с заказом». Я в панике, давай звонить в Питер, Москву, на Кавказ, выхода не было. А потом один знакомый сказал, что врач, возможно, сама намекает на помощь посредников. Я позвонила доктору, во-первых, узнать, как бабушка, во-вторых, спросить, где же лекарство мне найти.

Однако вместо рассказа о состоянии бабушки Мария услышала неутешительные прогнозы, которые даже не были облечены в учтивую, вежливую форму.

— Врач меня с ходу спросила, купила ли я лекарства, — вспоминает Мария. — Я рассказала, что нет. Она стала мне говорить, что всё, готовьтесь, ваша бабушка умрет. Сказала, что смерть вашей бабушки будет на вашей совести. Как так? Как врач может вот так в лоб мне об этом говорить? Я не успокоилась, позвонила в облздрав, чтобы спросить, где мне найти лекарства. Мне сказали, что все лекарства в больнице есть, в том числе и дорогостоящие.

Смерть вашей бабушки будет на вашей совести

После этого Мария попыталась поговорить с главным врачом больницы.

— Главный врач мне сказала, что лекарств всё же нет. А если и будут, то достанутся они молодым, либо беременным, — вспоминает волгоградка. — Мы просили сделать бабушке КТ, на что нам сказали, что в больнице такой возможности нет. Предложили нанять скорую, чтобы свозить и вернуть обратно. Этот разговор состоялся 12 сентября, 13 сентября мне позвонила главный врач, сказала, что произошло настоящее чудо… Вчера вечером пришла машина из Волгограда и моей бабушке сделали укол.

Но спустя несколько дней Татьяна Дмитриевна умерла. И, как выяснилось, не от пневмонии, а от острого перитонита.

— Я неделю просила поставить телефон бабушки на зарядку. Мне говорили, что она специально не хочет этого делать, потому что мы ее все достали и она просто не хочет с нами разговаривать, — рассказывает Мария. — После моего разговора с главным врачом бабушке поставили телефон на зарядку. Я ей позвонила и смогла поговорить. Спросила, ставили ли ей какой-нибудь укол или капельницу, приходил ли к ней кто-то. Она сказала, что никаких уколов ей не ставили. Вся проблема в том, что для этого укола требуется согласие пациента. А бабушка говорила, что ничего не подписывала. Получается, что врачи к ней не приходили вовсе? 17 сентября что-то изменилось. Бабушке резко стало хуже, у нее началась диарея с кровотечением.

По словам Марии, бабушка неоднократно говорила, что не может дождаться врачей и помощи от них.

— Получается, что с 17 сентября по 2 октября, вплоть до дня смерти бабушки, она истекала кровью. У нее дико болел живот, пропал планшет, перестали заряжать телефон. Я уже начала ругаться с врачами, кричать. Но 2 октября мне сообщили, что бабушки не стало. Вскрытие показало, что у нее был перитонит, — возмущается Мария. — То есть две недели врачи не замечали перитонит… Они его просто не заметили. Его в диагнозах даже не было. Хотя у бабушки уже была острая стадия, у нее живот был надут, как шар, шло кровотечение. Как всё это можно было не заметить?

Жалоб не было. Дорогостоящие препараты вводились

В областном комитете здравоохранения в свою очередь рассказали, что у заболевшей пожилой женщины не было прививки, а симптомы «острого живота» оказались «стерты». Настаивают в облздраве, и что дорогостоящие генно-инженерные препараты не только были в распоряжении больницы, но и вводились пенсионерке.

— По данным лечебного учреждения, пациентка, 70 лет, обратилась с жалобами на сухой кашель, одышку, головокружение, подъем температуры. Не привита от COVID-19. ПЦР-тест показал наличие коронавирусной инфекции. Амбулаторное лечение не принесло результата, была госпитализирована в инфекционный госпиталь на базе больницы № 1 Камышина бригадой скорой медицинской помощи после проведения КТ и выявления поражения легких в тот же день, — сообщают в облздраве. — За время нахождения на стационарном лечении неоднократно консультирована пульмонологом очно, а также дистанционно с привлечением областных специалистов. Врачи месяц боролись с коронавирусом и его последствиями. Пациентке в соответствии с методическими рекомендациями МЗ РФ неоднократно вводились генно-инженерные препараты. Отметим, что все необходимые препараты пациентка получила за счет средств ОМС.

Также в комитете здравоохранения уверяют, что жалоб от родственников они не получали, хотя Мария сообщает, что направила жалобу сразу же после получения результатов вскрытия.

— Коррекция терапии во время стационарного лечения производилась на основании клинической картины, лабораторных и инструментальных методов диагностики, — уверяют в облздраве. — Осмотры пациентов проводятся ежедневно, в ходе обходов, а также дополнительно в случае необходимости. В красной зоне стационара всегда присутствует медицинский персонал. Врачи отмечают, что на фоне проводимого лечения от коронавирусной инфекции, в том числе с применением гормональной терапии, хирургическая патология может иметь стертую клиническую картину. Лечащий врач пациентки хирург, при регулярном осмотре не отмечал у пациентки картины «острого живота», свидетельствующего о наличии хирургической патологии. Отметим, что в областной комитет здравоохранения пока не поступало официальной жалобы от родственников пациента. Ситуация взята на контроль областного комитета здравоохранения.

Напомним, о подобных историях о поиске дорогостоящих лекарств волгоградцы рассказывают не в первый раз. В ноябре в редакцию обратились родственники Любови Даниленко и Ольги Пановой, которые умерли в больнице Средней Ахтубы от коронавируса и осложнений, возникших на его фоне. За несколько дней до смерти медики потребовали от родственников приобрести дорогое лекарство от цитокинового шторма. Проблема была в том, что этот препарат не найти в обычной аптеке, а вот телефоны поставщиков медики давали сами. Препараты не помогли, а пациенты скончались от коронавируса. После этого их родственники обратились к Александру Бастрыкину с просьбой разобраться в случившемся.

Дорогостоящие препараты для спасения своей мамы от коронавируса покупала и дочь Жанны Абакумовой. За несколько лекарств женщина отдала незнакомому мужчине более 160 тысяч рублей, но и они не смогли спасти ее мать от смерти.

Аналогичная история произошла и с жительницей Волжского Ольгой. По указанию врача женщина связалась с продавцом дорогого препарата. Но покупать с рук не стала — побоялась. Сначала от коронавируса скончался ее отец, а потом и мать.

60 тысяч рублей за упаковку «Илсиры» отдала и 52-летняя волгоградка Татьяна. Ей повезло, и она осталась жива.

Источник

Поделитесь новостью